3 2 1

... и его американский дядюшка.

— Нельзя поверить в невозможное!
— Просто у тебя мало опыта. В твоем возрасте я уделяла этому полчаса каждый день.
В иные дни я успевала поверить в десяток невозможностей еще до завтрака.

Пока просвещенная Европа, шалея от восторга, с надеждой хваталась за каждое новое сообщение об обезьяночеловеке, у заокеанских поклонников животного предка дела шли куда труднее. Большинство американцев не желало полагаться в своей жизни (как в этой, так и в вечной) на столь экстравагантную гипотезу, причем чисто умозрительную и не подкрепленную какими бы то ни было серьезными доказательствами. В ряде штатов даже было законодательно запрещено преподавать в государственных школах теорию эволюции, как единственное учение о происхождении, и уж тем более — как доказанный научный факт. Как и любую другую религиозную доктрину, ее можно было преподавать лишь в частных школах, не финансируемых за счет налогоплательщиков: хочешь происходить от обезьяны — плати за это сам. Немаловажную роль в этом запрете играло сильное влияние в обществе тех, чьи предки пересекли океан именно затем, чтобы быть подальше от соблазнительных новомодных течений — всяческих там ренессансов, декадансов, просвещений и затемнений. А может быть, американцы просто не хотели происходить от обезьян Старого Света? Все силы были брошены на поиски своего, отечественного обезьяночеловека.

Человек небраски реконструирован по зубу свиньиНемудрено, что когда в 1922 году профессор Гарольд Кук, консультант-геолог Американского музея естественной истории, нашел в плиоценовых отложениях русла Змеиного ручья на западе штата Небраска окаменевший зуб, он незамедлительно принес находку профессору Генри Ф. Осборну, директору музея. Осборн был не только большим поклонником идеи эволюции, но и боролся за официальное разрешение ее применения на практике в виде евгеники — искусственной селекции породы сверхчеловека путем скрещивания подходящих особей и последующего выбраковывания потомства, не обладающего желаемыми качествами.

Осборн пристально всматривался в находку. Не было сомнения, что этот зуб не мог принадлежать ни человеку, ни обезьяне. А значит... Эврика! Это — зуб обезьяночеловека, которого зовут, скажем, Hesperopithecus Garoldcooki (Гесперопитек Гарольдкуковый). Статья Осборна Гесперопитек, первый антропоидный примат, обнаруженный в Америке была опубликована одновременно в трех ведущих научных журналах — Сайенс (Т. 60, №1427, май 1922 г. С. 281), Америкэн мьюзиум новиэйтис (№ 37, 1922 г. С. 2) и Нэйчур (Т. 110, 1922 г. С. 281). Но самый большой сюрприз ожидал подписчиков популярного журнала Иллюстрэйтед Ландан Ньюс. Раскрыв свежий номер за 24 июня, они обнаружили напечатанное на целый разворот живописное изображение своего предка.

В сравнении с питекантропом Геккеля был виден явный прогресс. Во-первых, предок был достаточно трезв, чтобы довольно свободно перемещаться, не опираясь на деревья. Во-вторых, его супруга уже, по-видимому, научилась заявлять о своих гражданских правах, в связи с чем глава семейства не расставался с дубиной. В-третьих (возможно, как результат этого), сама спутница жизни, хотя все так же не проявляла особого восторга по отношению к своему благоверному, без дела тоже не сидела, а выполняла какую-то полезную работу по хозяйству. И наконец, в полном соответствии с традициями пасторального жанра, вся идиллия была изображена на фоне мирно прогуливающихся представителей плиоценовой фауны — древних лошадей Pliohippus, антилоп Illingoceras, безрогого носорога Rhinoceros — совершенно не опасающихся нашего сородича и, по-видимому, принимающих его за своего. Такое изобилие деталей было вполне объяснимо, ведь, в отличие от произведения Геккеля, эта картина была построена не на голом воображении, а на подлинном факте — это был портрет настоящего зуба! Тут же была помещена статья профессора анатомии Лондонского университета, члена Королевского научного общества, ведущего эксперта по Пилтдаунскому человеку сэра Графтона Эллиота Смита, Гесперопитек, обезьяночеловек Нового Света — доисторический Колумб, достигший Америки посуху. Каким именно образом удалось проследить маршрут и способ передвижения автор скромно умалчивал.

Тем не менее, настороженно относящиеся к безвизовой иммиграции американцы продолжали игнорировать своего мохнатого родственника. Нужно было как-то легализовать его существование, одновременно сделав ему как можно более громкую рекламу. И вот в июле 1925 г., представители крайне антихристианской организации ACLU (Американский союз гражданских свобод), беззаветно исповедовавшей эволюционные идеи, подали в суд на молодого учителя физкультуры из Дайтона (Теннеси), по совместительству преподававшего биологию, Джона Скоупса за то что он учил детей... теории эволюции. Еще раньше, когда «антиэволюционный закон» был только принят в Теннеси, ACLU известил все газеты штата, что если кто-либо из учителей решится нарушить этот закон, Союз возьмет на себя финансирование всех судебных издержек. И вот подопытный кролик был найден. Слушание этого дела стало всемирно известно как Обезьяний процесс. Лидеров ACLU действительно трудно было бы упрекнуть в скупости. Впервые в истории судебный процесс транслировался по радио; а по общему количеству слов, переданных в зарубежные информационные агентства по телеграфу, суд побил рекорды любых событий, происходивших в Америке когда-либо до этого.

Сам Скоупс весьма сомневался, рассказывал ли он школьникам об эволюции, ввиду слишком слабых собственных познаний в этой области. Однако некто Джордж Раплейя, член ACLU, убедил его сознаться в провинности, добавив: «Не волнуйся, мы тебя в обиду не дадим». На помощь совсем растерявшемуся учителю была выделена целая бригада адвокатов-добровольцев во главе с Лоренсом Дэрроу. Не один час был потрачен Дэрроу на то, чтобы свидетельские показания учеников Скоупса совпадали слово в слово — под благовидным предлогом не дать в обиду любимого учителя юрист обучал целый класс как лгать под присягой. Самое удивительное выяснилось позже: в тот злополучный день, 24 апреля, Скоупса вообще не было в школе — достаточно было лишь заглянуть в журнал, чтобы убедиться в этом, — и защите это наверняка было известно. Но ни один из адвокатов не упомянул этот простейший факт, вполне достаточный для того, чтобы оправдать обвиняемого. Защита не ставила перед собой цель доказать невиновность учителя. Ее задачей было добиться публичного признания несостоятельности антиэволюционного закона, и его отмены. Все шло как нельзя более удачно, пока не выяснилась одна деталь — выполнять роль обвинителя вызвался выдающийся юрист, трижды выдвигавшийся в кандидаты на пост президента США, занимавший в период правления Вудро Вильсона пост Государственного секретаря, автор аналогичного закона в штате Флорида Уильям Дженнингс Брайан.

Первым, что в ходе процесса попыталась сделать защита, было нападение. Государственному обвинителю был устроен перекрестный допрос, неоднократно переключавшийся на личность самого Брайана и откровенно ставивший целью продемонстрировать его безграмотность как в биологии, так и в Священном Писании. Тем не менее, Брайан выдержал этот натиск и присяжные признали его достаточно осведомленным, чтобы продолжать вести дело. Следующим номером программы последовал парад-алле свидетелей защиты — прогрессивных ученых, рассказывавших суду о Пилтдаунском человеке; о жаберных щелях у человеческого эмбриона; о наличии в человеческом организме 180 (!) бесполезных органов, унаследованных от эволюционных предков1 [1Все органы, назначение которых во времена Дарвина было неизвестно, были объявлены рудиментарными. В поддержку этого утверждения указывалось, что если удалить какой-либо из этих органов, человек может продолжать жить. Однако последующие исследования выяснили, что, с одной стороны, в человеческом организме нет ни одного органа, не выполняющего какой-либо специфической функции, с другой стороны, как раз у обезьян, считающихся родственниками человека, многие из этих органов, например — аппендикс, отсутствуют. Что же касается вопроса об ампутации органов, на основании этого аргумента бесполезными органами можно было бы также объявить руки, ноги, уши, нос и многое другое.], об эволюции лошади2 [2Предполагавшийся пра-предок лошади эогипус на самом деле оказался ископаемой разновидностью барсука] и т.п. При этом ни адвокаты, ни свидетели защиты не стеснялись в выражениях, вовсе не опасаясь быть оштрафованными за оскорбление оппонентов или неуважение к суду — «фирма» все оплачивала. Но главным козырем защиты был именно вышеупомянутый портрет четы мистера и миссис Гесперопитек: «Смотри, Брайан, — взывал Дэрроу, — даже в твоем родном штате Небраска находят ископаемые промежуточные звенья, свидетельствующие об истинности эволюции!»

Видя, что дело идет далеко не о нарушившем закон учителе, Брайан, обложившись справочниками и научными статьями, стал готовить свою заключительную речь о теории эволюции. Выведав об этом через подставных лиц, защита не на шутку перепугалась: Брайан никогда не писал пустых речей. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы речь прозвучала и попала в печать. В самый кульминационный момент процесса Дэрроу вдруг неожиданно принес от имени защиты извинения за проявленное неуважение к суду и признал обвинения в адрес своего подзащитного обоснованными. Не посвященные в суть дела присяжные и зрители ничего не могли понять. Цель же была достигнута — речь Брайана так и не прозвучала, и опубликованные по всему миру материалы суда включали лишь показания свидетелей защиты в пользу эволюции человека, что создавало впечатление полного отсутствия контраргументов.

Скоупс был признан виновным в нарушении Закона об образовании и приговорен к минимальному наказанию, допускаемому законодательством — штрафу в размере 100 долларов. Защитники Скоупса подали апелляцию на пересмотр дела. Верховный суд штата признал решение суда справедливым, однако счел возможным снизить размер штрафа до 50 долларов, оказав тем самым противникам закона медвежью услугу: формально это означало пересмотр приговора, что исключало возможность дальнейшей передачи дела на рассмотрение в вышестоящих инстанциях. ACLU оплатил штраф, а также предъявленный Скоупсу счет в $327.77 на покрытие судебных издережек, включавших «неспортивное поведение» защиты. Общее же количество средств, вложенных Союзом в мероприятие, составил, по оценке Science, десять тысяч долларов.

Много позже Джон Скоупс, обратившийся к тому времени ко Христу (возможно, процесс тоже сыграл в этом свою роль) признался, что больше всего на суде он боялся, что его начнут опрашивать не как обвиняемого, а в качестве свидетеля, и, в соответствии с требованиями процедуры, приведут к присяге. В этом случае он был бы вынужден сознаться, что никогда никого не учил теории эволюции. Но тогда все сошло с рук. Брайану процесс обошелся дороже — формально выигравший дело, но подвергшийся во время процесса шквалу издевок и оскорблений, бывший Госсекретарь скончался, не покидая Дайтона, через несколько дней после завершения процесса. Следующий демарш, предпринятый потомками гесперопитека, носил уже чисто пропагандистский характер. В Голливуде был снят полнометражный художественный фильм о деле Скоупса Ветер в наследство, изображавший процесс как триумф победы свободомыслия над тупым бюрократическим консерватизмом фундаменталистов. Посмотрев фильм, трудно было даже усомниться в победе Скоупса и его команды. Тем не менее, антиэволюционные законы в южных штатах были отменены лишь в конце шестидесятых годов, да и то — надолго ли? В наше время подобные законы принимаются там вновь, но теперь преподаватель, убеждающий учеников, что эволюция — единственное удовлетворительное объяснение факту их нынешней встречи в классной комнате, запросто может лишиться занимаемой должности и даже лицензии в связи с профессиональной некомпетентностью.

А как же наш животный предок? Что-то о нем больше не слыхать!

Благодаря широкой рекламе, сделанной гесперопитеку, удалось достигнуть главной конечной цели любого научного исследования, а именно — получить деньги на продолжение исследований. В 1927 году исследования действительно были продолжены, и вскоре был найден полный скелет обладателя заветного зуба. К всеобщему изумлению гесперопитек оказался... дикой свиньей. Поначалу этот вид за древностию лет посчитали вымершим, но более тщательное изучение выяснило, что чуть было не ставшая предком человека свинья Catagonus ameghino по сей день мирно проживает в Парагвае.



Последние комментарии

Курс по изучению Библии

Яндекс.Метрика